Мы начинаем время премьер екатеринбургской Стенограффии-2016. И первый, о ком нам хотелось бы рассказать – петербургский художник Стас Bags. 


Свою работу он сделал на будке по адресу ул. Шейнкмана, 107, в самом насыщенном объектами месте этого года. Художник поясняет идею своей работы следующим образом: 


«Мне интересно творчество Маурицио Каттелана. У него есть одна из работ - чучело лошади, подвешенное к потолку. Каттелан сказал, что искусство в музее консервируется. А я хочу сделать живую работу, как бы оспаривая его мнение».



Да и вообще художники люди невероятно интересные, и разговаривать с ними можно долго, много, о сложном, о личном, о разном. В дни фестиваля нам удалось поговорить с петербургским художником, номинантом на премию Кандинского, магистром биологии, Стасом Bags. Поговорить о том, как прийти к инсталляции через шрифты и бомбинг, изучив библиотеку французской литературы по искусству  и о том, к чему могут привести творческие эксперименты.


«На самом деле, шрифты мне никогда не были интересны»


- Твои сегодняшние работы довольно сложно соотнести с граффити, с точки зрения традиционного его понимания, однако к своему нынешнему стилю ты пришел именно этим путем. Расскажи, каким образом шрифты затесались в твою жизнь?

В 1997-98 годах в России появился MTV. Там крутили разные клипы, где ребята пели на фоне ярких, разрисованных граффити стен, за которыми я пристально наблюдал. И год спустя на 40 рублей купил свой первый баллон. 

Потом поучаствовал на фестивале, познакомился там с интересными граффитчиками и, как это бывает в любом деле, постепенно начал во всю эту тему вливаться. 

На самом деле, шрифты мне никогда не были интересны, но поскольку я тогда находился в контексте граффити, надо было писать своё имя, и я старался придумывать другие способы его изобразить, кроме написания непосредственно букв: с помощью персонажей, например. И, в принципе, то, что я делаю сейчас, нельзя назвать граффити в привычном смысле, общая только техника: нанесение рисунка баллончиком на стену. 


«На поездах рисовали, в милиции сидели, дрались – все по классике»


- То есть ты прошел все «стандартные» этапы становления граффити-художника? 

Безусловно. На поездах рисовали, в милиции сидели, дрались – все по классике. А как иначе? Без этого ты не имеешь права рисовать потом китов и вообще все, что я сейчас рисую. 

- Между граффити-бомбингом и тем, что ты сейчас рисуешь, довольно большой культурный разрыв. Расскажи, как ты пришел к современному искусству и инсталляции?

Я тогда учился в университете, а рядом с ним был французский институт с шикарнейшей библиотекой по искусству. И, чтобы скоротать время после окончания пар до какой-нибудь вечерней тусовки, я ходил туда и листал книги и журналы. Ничего, естественно, не понимал - книги же на французском – фотографировал, приходил домой и садился переводить. Так и познакомился с историей искусства и совершенно новыми для меня и очень интересными именами и направлениями. 


«Кто-то думает красками, кто-то перфомансом и телом,
а я как художник сейчас мыслю преимущественно
скульптурой и инсталляцией»


Переключился с граффити на инсталляцию, потому что эволюционно от него ушёл и был в поиске новых форм и направлений. То есть я от рисования на стенах не отказался, а просто хотел добавить в свой арсенал новые художественные средства. Современным искусством нельзя начать заниматься просто так, нужно к этому прийти. И вот я пришёл к нему из граффити. 

Начал с трафаретов. Познакомился с Петром Папасовым, и мы с ним начали делать двух- и даже трехслойные трафареты. Этим в Петербурге никто не занимался, и это было на тот момент очень круто. 

Потом перешёл на скульптуру и инсталляцию. Кто-то думает красками, кто-то перфомансом и телом, а я как художник сейчас мыслю преимущественно этими формами. 

- А как эти формы уживаются с улицей? Извечная дилемма художников – ты сначала находишь пространство и в нем видишь объект, или создаёшь объект и только потом ищешь место, куда его вписать? 

Иногда меня приглашают принять участие в выставках и просят сделать что-нибудь, без конкретной тематики. Я так не могу, мне надо сначала видеть место с его атмосферой и контекстом, который за ним стоит. И там уже рождается конкретный объект, вписанный в окружение. Это относится и к инсталляциям, и к граффити. 

- Ты используешь довольно много разных материалов и техник. Как они вступают в диалог в твоих работах? И что дает тебе это разнообразие?

Бывают художники, которые выбирают для себя что-то определённое, и движутся по этому пути на протяжении всей своей творческой жизни. У меня все не так. Я люблю эксперименты. И это создаёт как раз то разнообразие, о котором ты сказала. 

Сейчас я занимаюсь, в основном, масштабными вещами, работа над которыми может продлиться месяц-два. Граффити в этом плане «быстрее». Это такое чистое удовольствие: ты просто стоишь, рисуешь стеночку и наслаждаешься процессом. 

А фестиваль даёт мне и эту возможность, и шанс поездить по городам своей страны. Вот поехала бы ты просто так, без цели в город Омск, например? А я вот поеду туда рисовать. Это очень здорово. И за это я больше всего «Стенограффии» благодарен.

Пресс-центр фестиваля «Стенограффия-2016» 
Фотограф: Максим Лоскутов, Дмитрий Чабанов
Интервью: Мария Рознатовская
Художник: Стас Bags